свое заявление тем, что Лилль в свое время был частью графства Фландрии. Ничего подобного, все попытки изъясниться на голландском ни к чему не привели и наталкивались на стену непонимания.
Еще в Лилле бесподобный шопинг, кто бы мог подумать. Наряду с бутиками высокой моды в маленьких узких улочках прячутся прекрасные магазинчики молодых местных дизайнеров, жду не дождусь, когда начнется время распродаж.
Мы сюда обязательно еще приедем. Я за вещичками, а муж за колбасой. Потому что колбаса на местном базаре Вазем – великолепная! Мы взяли на пробу по одной: с малиной, яблоками, фигами, орехами и сливой. А надо было все забирать! В следующий раз дальновиднее будем!
Не говори «бонжур» в Париже
Встреча под часами
И черт меня дёрнул спросить по-французски, как пройти на Зеленую линию! Слова «прямо, направо и потом налево» я, конечно, поняла и нужную платформу нашла быстро, но это внушило мне ложную уверенность, что я могу говорить по-французски.
Мой поезд прибывал на Северный вокзал, а на Лионском меня ждала подруга Оля с ее американским мужем. Вот я и спешила.
Сначала все было просто: две остановки на метро, и я на месте. А дальше я запуталась. Я, кстати, почему-то на всех парижских вокзалах плохо ориентируюсь. Еще ни разу не было, чтобы я сразу правильный выход нашла. Сейчас надо как-то выбраться из подземки, найти центральный зал, выйти на привокзальную площадь, и там под часами должна была стоять моя подруга.
Сначала я попыталась проделать весь путь самостоятельно и вышла на дурно пахнущую улицу к мусорным контейнерам. Нет, мне точно не сюда! Вернулась на исходную позицию, наткнулась на работника вокзала и обратилась к нему за помощью, увы, опять по-французски. Молодой выходец из Северной Африки в форменной фуражке радостно спросил:
– А вам куда, вообще-то, надо?
– На улицу Лион.
– Rue de Lyon? – еще радостнее переспросил он. – А я как раз туда иду. Я только что закончил смену!
Вероятно, его радость и была вызвана этим фактом. Он подхватил мой чемодан и быстро покатил его к выходу, не переставая оживленно болтать. Я поняла, что он живет на искомой улице и доставит меня на место прямо вместе с чемоданом буквально через пять минут. Но мне туда пока не надо! Я пыталась его остановить и уже по-английски втолковать, что мне сначала часы найти надо, но он меня не понимал! «Вот ваша улица, мадам, прощайте!» – сказал он и нырнул в подъезд ближайшего дома. А я пошла обратно к Лионскому вокзалу.
Когда мы договаривались с Олей по телефону, она зачем-то сообщила, что будет в синем платье. Как будто я ее и так не узнаю. На всякий случай написала ей в ответ, что буду с зеленым чемоданом. Впрочем, эта информация все равно не пригодилась, потому что подошла я со стороны улицы, а она меня высматривала со стороны вокзала.
Мы крепко обнялись и пошли уже знакомой дорогой к дому, который нам любезно предоставила коллега Олиного мужа. Его зовут Тадд. Коллега, правда, понятия не имеет, что я тоже в ее квартире остановлюсь, но это уже мелочи.
Она – тоже американка, но училась в университете в Париже. Сейчас пишет докторскую у Тадда, так что вполне вероятно, что когда она защитится, то квартиру ему больше не даст. А может, я зря так о людях думаю.
Я часто бываю в Париже. Грех не бывать, когда живешь от него всего в трех часах езды поездом. С Олей мы здесь встречаемся второй год подряд. Она позвонила мне еще в апреле и спросила, что я делаю в июле? Как ни странно, я никуда в это время не собиралась и была совершенно свободна.
С Олькой мы дружим со дня нашей свадьбы, она училась в одной группе с моим мужем. Скоро мы стали практически неразлучны, к тому же она была гинекологом, а я забеременела. В Америку она уехала, когда мы уже два года как в Германии жили, и за годы эмиграции виделись всего пять раз! Не до того как-то было – дети и сплошная борьба за выживание. Но я всегда знала, что в любое время могу свалить на Олькину голову себя, детей, проблемы и мужа. Ну, и свою в ответ подставлю.
Вы удивитесь, но спонсором нашей прошлой поездки был университет, где преподает Тадд. Его пригласили на конференцию в Париж, организаторы оплачивали все, в том числе и любое жилье по его выбору. Тадд по Олиной просьбе снял не отель, а квартиру. Специально для того, чтобы я тоже могла приехать. Оле же скучно одной по Парижу гулять, пока муж доклады читает! Квартира была шикарной и в отличном месте. В соседнем доме жил когда-то Кристиан Диор! Сейчас там его ателье.
Между тем мы пришли. Хороший старинный дом. В лифте, правда, место только для нас двоих с Ольгой было, Тадд и чемодан уже не поместились и поехали отдельно.
Квартиру хозяева переделали по американскому стандарту. Две спальни, две ванных комнаты, два туалета, гостиная, кухня и кондиционер! Это – большая редкость в Париже, хотя летом здесь бывает очень жарко. Но самая ценная вещь в квартире – это маленький французский балкончик. На нем мы устроились сразу же, как только я разобрала вещи и переоделась.
Встреча началась традиционно: с тоста за встречу. Разложили на столике красиво виноград, вино и багет и не торопясь обсудили дальнейшие планы. У нас было полных три дня, не считая дней приезда и отъезда.
Оля с Таддом приехали немного раньше на День Взятия Бастилии. Думали, что будут где-нибудь на берегу Сены праздновать, но День Бастилии в этом году совпал с чемпионатом мира по футболу. В городе был хаос, поэтому на праздник и радость парижан по поводу победы пришлось любоваться с балкончика. Что творилось в баре под окнами! Как говорится, все хорошо, когда смотришь на это с безопасного расстояния. Но вернемся к нашим планам.
Завтра у нас – экскурсия на остров Мон-Сен-Мишель. На следующий день – в Сады Моне в Живерни. Обе эти достопримечательности были в первой десятке списка моих желаний, поэтому, когда Оля спросила, куда бы я хотела поехать, я сразу назвала их. Сама я не очень люблю организованные экскурсии, предпочитаю путешествовать индивидуально, но до Мон-Сен-Мишель слишком далеко ехать. Машину брать не хотелось, а поезду мы не доверяли. В прошлый
